Что стало с системой государственных закупок после революции?

Некоторые считают, что после революции система государственных закупок в Советском Союзе фактически исчезла. Действительно, зачем нужны закупки в командно-административной системе, где все и так принадлежит государству?

Однако, не все было так просто.

Во-первых, не сразу умерли товарно-денежные отношения между городом и деревней – до 1932 года действовала система двухсторонних договоров между государством и крестьянскими хозяйствами или сельскохозяйственными кооперативами. К этой теме мы еще вернемся.

Во-вторых, существовали концессии для иностранных предпринимателей с правом пользования недвижимостью, производственными мощностями и инфраструктурой, находящимися в государственной собственности.

29 марта 1921 г. Совнарком утвердил «Основные принципы концессионных договоров», а Х съезд РКП (б) одобрил концессии, поскольку увидел в них возможность получить современное оборудование иностранного производства. Концессии были разрешены в тех отраслях экономики, до которых у Советской республики не доходили руки - лесное, горное и нефтяное дело. Впрочем, знаменитая «электрификация всей страны» без концессий тоже бы не состоялась.

Концессии существовали в разных формах. В них мог использоваться исключительно иностранный финансовый капитал, совместные инвестиции или концессионеру разрешали приобрести акции советских предприятий. Правда, третий вариант так и остался чисто теоретическим.

Интересно, что желающих поучаствовать в бизнес-играх с большевиками оказалось достаточно. С 1922 по 1927 годы было получено 2 211 предложений о концессиях. В основном, от немецких предпринимателей – на их долю приходилось 35,3%. Из Англии было 10,2% заявок, из США – 9,4%. Примерно треть из них предлагали концессии в обрабатывающей промышленности, пятая часть – в торговле, остальные заявки относились к транспорту, сельскому хозяйству и добыче ископаемых.

Однако, Главконцесском заключил только 163 концессионных договора. Почему? Мешало отсутствие четких гарантий с советской стороны, завышенные требования и элементарная боязнь конкуренции с иностранцами. Справиться с этим большевики пытались традиционным способом –тянули время, как могли.

Немецкая газета «Hamburger Fremdenblatt» в 1925 году писала: «До последнего времени получение концессий было связано с такими огромными потерями времени и денег, требовало преодоления таких изощренных бюрократических рогаток и натыкалось на такое противодействие, что только немногим удалось достичь цели».

Концессионное право в собственном смысле слова в Советском Союзе так и не появилось. Соглашения заключались на срок от 15 до 60 лет, но большинство не проработало и пяти – из-за давления государства и профсоюзов. Государству было выгодно, когда концессия расторгалась по инициативе иностранной фирмы, потому что в этом случае все потери ложились на концессионера – не надо было выплачивать стоимость построенных сооружений и завезенного оборудования. Они безвозмездно доставались правительству.

В итоге в тридцатые годы от концессий было решено отказаться – по западным правилам советское правительство играть не хотело, а собственных не выработало. Слишком уж концессии компрометировали идею. Оставшиеся соглашения были свернуты, причем – что любопытно – вполне цивилизованно, по соглашению сторон.

Но ведь еще были прямые государственные закупки промышленного оборудования за рубежом. И захватывающая история с закупками передовых образцов оружия и военной техники, о которой речь впереди.

Узнать больше об истории закупок можно в
официальном канале Российского аукционного дома о закупках