Проверка полномочий представителей по доверенности: обзор судебной практики

Содержание статьи

1. Представители по доверенности как участники контрактных правоотношений: доверяй, но проверяй
2. Последующее одобрение представляемым сделок, совершенных от его имени неуполномоченным лицом
3. «Полномочия из обстановки» в контексте контрактных правоотношений
4. Принцип эстоппеля
5. Особенности порядка последующего одобрения сделок получателями бюджетных средств

С 1 сентября 2024 г. завершился переход к обязательному использованию машиночитаемых доверенностей (далее — МЧД) при применении усиленных квалифицированных электронных подписей в электронном документообороте, связанном с осуществлением закупок. Этот факт спровоцировал рост практического интереса к соответствующей тематике со стороны специалистов в сфере закупок: когда оформлять МЧД, а когда «иной документ о полномочиях», в каких случаях необходимо нотариальное удостоверение передоверия, нужно ли отклонять заявку, если в ее составе нет МЧД на подписавшее лицо, и т. д. Между тем проблематика представительства и удостоверения полномочий гораздо глубже и не ограничивается выбором нужной кнопки в личном кабинете заказчика в ЕИС. Показать это и призвана предлагаемая статья.

Представители по доверенности как участники контрактных правоотношений: доверяй, но проверяй

Специалистам в сфере закупок хорошо знакомо следующее положение ч. 3 ст. 27 Закона № 44-ФЗ: «Участники закупки имеют право выступать в отношениях, связанных с осуществлением закупки, как непосредственно, так и через своих представителей. Полномочия представителей участников закупки подтверждаются доверенностью, выданной и оформленной в соответствии с гражданским законодательством». При этом как нечто само собой разумеющееся воспринимается тот факт, что заказчик в отношениях с поставщиками (подрядчиками, исполнителями) тоже зачастую действует через своих представителей: когда и сам контракт, и соглашения об изменении его существенных условий, и документы о приемке подписываются от имени заказчика представителями по доверенности либо лицами, уполномоченными на осуществление юридически значимых действий на основе иных документов (приказов о создании комиссии по осуществлении закупок, приемочной комиссии и т. д.).

Ситуация, когда документ подписывается физическим лицом (условным «Ивановым И. И.»), а права и обязанности возникают у юридического лица (например, у государственного бюджетного образовательного учреждения), возможна благодаря институту представительства.

П. 1 ст. 182 ГК РФ
Сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.
Полномочие может также явствовать из обстановки, в которой действует представитель (продавец в розничной торговле, кассир и т. п.).

Чаще всего наличие у физического лица полномочий представлять юридическое лицо при осуществлении тех или иных действий подтверждается доверенностью¹. Но что, если юридически значимое действие удостоверено подписью лица, у которого в действительности не было необходимых для этого полномочий?

Наихудший сценарий в таком случае — это отказ представляемого одобрить действия, совершенные от его имени неуполномоченным лицом, с последующим признанием соответствующей сделки недействительной.

Пример
В декабре 2017 г. ООО «Парус» заключило контракт на поставку сейсмических регистраторов. В январе 2018 г. ООО «Парус» обнаружило, что заказчиком размещено в ЕИС размещено соглашение о расторжении контракта. Среди прочего, в соглашении говорилось о том, что ввиду неисполнения контракта поставщиком обеспечение исполнения контракта в сумме 112 500 руб. возврату не подлежит.
В соглашении от имени поставщика в графе «директор» стояла подпись Павлова Ю. В. со ссылкой на то, что указанное лицо действует по доверенности от 09.01.2018. ООО «Парус» в лице директора Кораблина А. Ю. заявило заказчику о необходимости отмены соглашения, на что заказчик ответил отказом.
По иску ООО «Парус» суд признал соглашение, подписанное Павловым Ю. В., недействительной сделкой. Согласно доверенности, выданной Павлову Ю. В., ему были предоставлены полномочия согласовывать и подписывать в рамках заключенного договора бухгалтерские документы, а именно дополнительные соглашения к договору, акты возврата оборудования, товарные накладные. Полномочий на расторжение договора у него не было.
Кроме того, суды установили, что Павлов Ю. В. в принципе не имеет отношения к ООО «Парус» (не является работником данной организации). Отсканированная доверенность на имя Павлова Ю. В. поступила заказчику с электронного адреса менеджера, работающего в другой компании, которая не являлась стороной расторгнутого договора. Оригинал доверенности заказчик предоставить суду не смог.
Действия заказчика, который при таких обстоятельствах не удостоверился в наличии у ООО «Парус» воли на расторжение договора, были признаны недобросовестными².

Обратите внимание, что переход к МЧД в части электронного документооборота при осуществлении закупок не решает проблемы, проиллюстрированной приведенным примером, т. к. соглашения об изменении и о расторжении контракта в 2024 г. все еще заключаются без использования ЕИС. Это означает, что специалисты в сфере закупок по-прежнему должны уметь проверять «бумажные» доверенности, и что всецело полагаться на МЧД преждевременно.

Самые выгодные предложения по банковской гарантии

Последующее одобрение представляемым сделок, совершенных от его имени неуполномоченным лицом

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ³, установление факта заключения сделки представителем без полномочий или с превышением таковых служит основанием для отказа в иске, вытекающем из этой сделки, к представляемому, если только не будет доказано, что последний одобрил данную сделку. В силу п. 2 ст. 183 ГК РФ последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения.

Под последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься:

• письменное или устное одобрение независимо от того, кому оно адресовано;
• признание представляемым претензии контрагента;
• иные действия представляемого, свидетельствующие об одобрении сделки (например,полное или частичное принятие исполнения по оспариваемой сделке, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке, подписание уполномоченным на это лицом акта сверки задолженности);
• заключение, а равно одобрение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой;
• просьба об отсрочке или рассрочке исполнения;
• акцепт инкассового поручения.

Независимо от формы одобрения оно должно исходить от органа или иного лица, уполномоченного заключать такие сделки или совершать действия, которые могут рассматриваться как одобрение. Равным образом об одобрении могут свидетельствовать действия работников представляемого по исполнению обязательства при условии, что они основывались на доверенности, либо полномочие работников на совершение таких действий явствовало из обстановки, в которой они действовали.

Анализ правоприменительной практики показывает, что заказчики склонны переоценивать важность формально удостоверенных полномочий представителей сторон для правоотношений по контракту. Фактическое поведение сторон, отражающее их реальное волеизъявление (направленное на совершение сделки), напротив, недоучитывается.

В частности, на практике довольно часто встречается ситуация, когда заказчик отказывается оплачивать поставленные товары, выполненные работы или оказанные услуги на том основании, что контракт с его стороны был подписан неуполномоченным лицом.

Пример
4 июня 2021 г. между Министерством сельского хозяйства и продовольствия Республики Тыва (заказчик) и ПАО «Ростелеком» (исполнитель) был подписан государственный контракт на оказание услуг по сопровождению ведомственной информационной системы. В декабре 2021 г. заказчик отказался оплачивать часть стоимости оказанных услуг: по его мнению, контракт является ничтожной сделкой, т. к. подписан неуполномоченным лицом Дуном А. Ч. (с 25 мая 2021 г. и. о. министра сельского хозяйства Республики Тыва был назначен другой человек).
Рассматривая иск Ростелекома о взыскании стоимости оказанных услуг, суд установил, что с 25 мая 2021 г. Дуну А. Ч. был предоставлен отпуск в количестве 35 календарных дней (с последующим увольнением). Находясь в отпуске, должностное лицо не утрачивает статус руководителя и не лишается права представлять интересы министерства в гражданско-правовых отношениях (в т. ч. подписывать от его имени контракты).
Кроме того, платежным поручением от 13.12.2021 заказчик оплатил оказанные в рамках спорного контракта услуги на сумму 666 666,70 руб., что свидетельствует об одобрении контракта. О том же говорит и подписание акта сдачи-приемки оказанных услуг со стороны и. о. министра, имевшее место 23.12.2021.
Поскольку в период действия контракта заказчик не направлял исполнителю каких-либо претензий, связанных с неоказанием или ненадлежащим оказанием услуг, суд удовлетворил требование исполнителя о взыскании с заказчика их стоимости⁴.

Как уже отмечалось выше, об одобрении сделки могут свидетельствовать действия работников заказчика по исполнению обязательства при условии, что полномочие работников на совершение таких действий (с точки зрения поставщика, подрядчика или исполнителя) явствовало из обстановки, в которой те действовали. Суд в таких случаях становится на сторону поставщиков (подрядчиков, исполнителей), добросовестно исполнивших свои обязательства по контракту, подписанному от имени заказчика неуполномоченным лицом.

Пример
Военный комиссар г. Магнитогорска подписал контракт на поставку и установку в комиссариате трех металлопластиковых окон. По факту исполнения поставщиком своих обязательств комиссар расписался на документе о приемке и поставил оттиск печати ФКУ «Военный комиссариат Челябинской области».
Поскольку комиссариат за новые окна не расплатился, поставщик обратился в суд с иском о взыскании их стоимости (96 380 руб.).
Со своей стороны, ФКУ «Военный комиссариат Челябинской области» заявило иск о признании договора недействительным. Как оказалось, у военного комиссара г. Магнитогорска не было полномочий на заключение хозяйственных договоров: таковые имелись лишь у военного комиссара Челябинской области.
Удовлетворяя иск поставщика, суд отметил, что договор на поставку окон был заключен в здании военного комиссариата г. Магнитогорска: военный комиссар лично подписал договор и поставил штамп ФКУ «Военный комиссариат Челябинской области». С точки зрения поставщика полномочия военного комиссара г. Магнитогорска явствовали из обстановки. Кроме того, ему не могло быть известно, что для хозяйственных договоров у ФКУ «Военный комиссариат Челябинской области» имеется другая печать.
Заказчик не доказал, что поставщик, подписывая контракт, действовал недобросовестно. Именно сотрудник заказчика — военный комиссар г. Магнитогорска — должен был знать об отсутствии у него полномочий на заключение данной сделки в силу своих служебных обязанностей.
При этом установленные окна имеют потребительскую ценность для заказчика (они были установлены вместо обветшавших деревянных окон, плачевное состояние которых неоднократно фиксировалось в актах осмотра имущественного комплекса военного городка). Факт установки окон именно в здании комиссариата не оспаривался, претензии по качеству окон не заявлялись. А если одна сторона договора совершает действия по исполнению договора, а другая сторона принимает их без каких-либо возражений, то неопределенность в отношении содержания договоренностей сторон отсутствует⁵.
Во встречном иске о признании договора недействительным заказчику было отказано не только в связи с невозможностью возвращения сторон в первоначальное положение: суд отметил, что военный комиссариат не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором он знал или должен был знать при проявлении своей воли⁶.

Приведенный пример интересен тем, что здесь суд применил доктрину «полномочий из обстановки» и принцип эстоппеля. Остановимся на каждом из этих обстоятельств подробнее.

Юридическая консультация для поставщиков

«Полномочия из обстановки» в контексте контрактных правоотношений

Доктрина «полномочий из обстановки» имеет свои ограничения. Процитируем комментарий известного цивилиста Е. А. Папченковой:

Цитата
Необходимо установление того, что в имевших место обстоятельствах любое разумное лицо на месте соответствующей стороны, с которой или в отношении которой была совершена сделка, могло разумно ожидать, что соответствующее лицо действует от имени конкретного представляемого. Здесь следует ориентироваться на общепринятый стандарт разумности и осмотрительности и учитывать характер сделки, ее сумму, обычаи оборота, профессиональный статус контрагента и другие обстоятельства. По сути, суд должен определить, логично ли извинять третье лицо в заданных условиях за то, что оно не убедилось в наличии у соответствующего лица, выдающего себя за представителя, реальных и действительных полномочий. Чем выше сумма и серьезнее характер сделки, тем менее вероятно применение судом доктрины полномочий в силу обстановки, так как тем менее извинительно невостребование контрагентом документального подтверждения полномочий⁷.

Иными словами, в деле об установке трех окон в здании военного комиссариата поставщик добился решения в свою пользу в т. ч. и потому, что речь шла о небольшой сумме (96 380 руб.), допускающей заключение контракта по п. 4 ч. 1 ст. 93 Закона № 44-ФЗ. Если бы речь шла о сумме свыше 600 тыс. руб., то расклад, вероятнее всего, был бы иным.

Если же стороне контракта заведомо известно, что она имеет дело с представителем другой стороны по доверенности, то такая доверенность в обязательном порядке должна быть исследована на предмет наличия у представителя полномочий, необходимых для совершения сделки. Невыполнение этого правила будет означать, что сторона контракта не проявила должной разумности и осмотрительности. Доктрина «полномочий в силу обстановки» в этом случае применяться не будет.

Пример
Заместителю главы муниципального образования на основании доверенности было предоставлено право заключать муниципальные контракты, подписывать акты выполненных работ, накладные по вопросам выполнения работ по благоустройству территории муниципального округа. Поскольку право расторгать заключенные контракты в доверенности не упоминалось, суд признал недействительным соглашение о расторжении контракта, подписанное данным должностным лицом. Суд отметил, что подрядчик, подписывая указанное соглашение, из которого следует, что заместитель главы муниципального образования действует на основании конкретной доверенности, не мог не знать об отсутствии у данного лица полномочий на совершение указанных действий⁸.

Как упростить электронное актирование

Принцип эстоппеля

Это не что иное, как запрет ссылаться на обстоятельства, которые ранее признавались стороной бесспорными, исходя из ее собственных действий или заверений. Данный принцип закреплен в п. 5 ст. 166 ГК РФ: «Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки».

Указанная норма довольно широко применяется в контрактных правоотношениях. Приведем еще один пример, демонстрирующий работу рассматриваемого принципа, но уже для другого состава участников спора.

Пример
Банк выдал ООО гарантию на сумму на сумму 1 618 650 руб., которая предназначалась для предоставления заказчику в качестве обеспечения исполнения контракта. Впоследствии заказчик обратился в банк с требованием о платеже по указанной гарантии на сумму 364 513,49 руб. Исполнив требование заказчика, банк обратился к ООО с регрессным требованием об уплате денежных средств в указанной сумме.
ООО отказалось исполнить требование со ссылкой на недействительность договора о предоставлении банковской гарантии, заключенного 8 июня 2016 г. Со стороны ООО данный договор был подписан генеральным директором Сныткиным А. А., несмотря на то что с 4 июня 2016 г. эту должность стала занимать Сныткина М. А.
Суд удовлетворил иск банка о взыскании с ООО выплаченной заказчику суммы и процентов за пользование денежными средствами, применив принцип эстоппеля. До получения регрессного требования от банка ООО не заявляло о подписании договора неуполномоченным лицом, договор предоставления банковской гарантии не оспаривало. Получив регрессное требование банка, ООО направило письменный ответ за подписью действующего директора М. А. Сныткиной, в котором поясняло, почему считает произведенную по гарантии выплату в пользу заказчика безосновательной. Самим фактом направления этого письма ООО признало наличие договора о предоставлении гарантии. О том же свидетельствует и заключение государственного контракта после предоставления гарантии, выданной на основе якобы недействительного договора.
Тем самым, все действия ООО после подписания договора о предоставлении банковской гарантии неуполномоченным лицом свидетельствуют о последующем его одобрении, давали банку основание полагать его заключенным и действительным⁹.

Тендерное сопровождение на любом этапе закупки

Особенности порядка последующего одобрения сделок получателями бюджетных средств

Учитывая специфику бюджетных правоотношений (в частности, правила принятия обязательств получателями бюджетных средств), особую важность приобретает вопрос о порядке последующего одобрения сделки заказчиком.

Так, согласно ст. 86 БК РФ расходные обязательства муниципального образования возникают в результате:

• принятия муниципальных правовых актов по вопросам местного значения и иным вопросам, которые в соответствии с федеральными законами вправе решать органы местного самоуправления;
• заключения муниципальным образованием (от имени муниципального образования) договоров (соглашений) по данным вопросам.

Как следует из ч. 1 ст. 83 БК РФ, если принимается закон либо другой нормативный правовой акт, предусматривающий увеличение расходных обязательств по существующим видам расходных обязательств или введение новых видов расходных обязательств, которые до его принятия не исполнялись ни одним публично-правовым образованием, указанный нормативный правовой акт должен содержать нормы, определяющие источники и порядок исполнения новых видов расходных обязательств. В случае необходимости в таком акте определяется в т. ч. порядок передачи финансовых ресурсов на новые виды расходных обязательств в соответствующие бюджеты бюджетной системы РФ.

Выделение бюджетных ассигнований на принятие новых видов расходных обязательств или увеличение бюджетных ассигнований на исполнение существующих видов расходных обязательств может осуществляться только с начала очередного финансового года при условии включения соответствующих бюджетных ассигнований в закон (решение) о бюджете либо в текущем финансовом году после внесения соответствующих изменений в закон (решение) о бюджете при наличии соответствующих источников дополнительных поступлений в бюджет и/или при сокращении бюджетных ассигнований по отдельным статьям расходов бюджета (ч. 2 ст. 83 БК РФ).

Проиллюстрируем примером из практики важность соблюдения вышеуказанного порядка последующего одобрения сделок.

Пример
Строительная компания арендовала у муниципального образования земельный участок для строительства здания. Впоследствии договор аренды земельного участка был расторгнут с одним очень интересным условием: «затраты, понесенные арендатором в результате строительства объекта на момент расторжения договора, признаются затратами на производство неотделимых улучшений земельного участка».
Результатом заключения такого соглашения явилось принятие администрацией муниципального образования обязательства по возмещению затрат застройщика на возведение спорного объекта в размере 55 600 000 руб. за счет городского бюджета, т. е. принятие расходного обязательства муниципального образования.
Со стороны арендодателя спорное соглашение было подписано председателем Комитета земельных отношений и лесного хозяйства, действовавшим от имени администрации муниципального образования на основании доверенности. При этом ни положение о Комитете, ни доверенность не наделяли указанное должностное лицо полномочием на принятие решения о возмещении арендатору затрат, понесенных в результате строительства спорного объекта.
Суд признал ничтожными пункты соглашения о расторжении договора аренды земельного участка, обязывающие администрацию компенсировать стоимость «неотделимых улучшений». Среди множества доводов (в т. ч. о несоблюдении требований Закона № 44-ФЗ при осуществлении этой де-факто закупки) суд отметил и то обстоятельство, что в данном случае нельзя говорить о последующем одобрении администрацией сделки, которая была совершена от ее имени неуполномоченным лицом.
Поскольку спорная сделка затрагивает публичные интересы, то ее одобрение должно быть осуществлено в порядке, в каком принимаются расходные обязательства, т. е. с соблюдением правил, установленных бюджетным законодательством.
Из норм ст. 83 БК РФ не усматривается, что любая сделка, заключенная органом местного самоуправления, возлагает на бюджет новые расходные обязательства вне соблюдения бюджетного процесса. Расходное обязательство по возмещению должнику стоимости «неотделимых улучшений земельного участка» по спорному соглашению могло быть принято исключительно на основании решения представительного органа муниципального образования об утверждении бюджета на 2016 год (либо о внесении изменений в бюджет 2016 года). В рассматриваемом случае такое решение не принималось¹⁰.

***

Приведенные примеры из судебной практики призваны напомнить специалистам в сфере закупок, что проблематика участия в контрактных правоотношениях лиц, представляющих заказчиков и поставщиков (подрядчиков, исполнителей) на основании доверенности, не сводится к одному только формированию МЧД в личном кабинете заказчика или участника закупки. Будьте готовы в т. ч. ко встрече с «бумажными» доверенностями (например, на заключение дополнительных соглашений к контракту), а самое главное — к скрупулезному анализу полномочий представителя. Ибо цена неосмотрительности — возможность признания сделки недействительной — достаточно высока.

Помощь экспертов по нацрежиму для поставщиков

¹См. п. 1 ст. 185 ГК РФ: «доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами».
²Постановление АС Центрального округа от 23.08.2019 по делу № А23-5538/2018.
³См. п. 123 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».
⁴Постановление Третьего ААС от 21.02.2023 по делу № А69-2528/2022.
⁵Суд сослался на правовую позицию Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ, изложенную в постановлениях от 18.05.2010 № 1404/10 и от 08.02.2011 № 13970/10.
⁶Постановление АС Уральского округа от 16.06.2022 по делу № А76-28025/2020 («отказное» определение Верховного Суда РФ от 13.10.2022 № 309-ЭС22-17996). См. также постановление Пятого ААС от 19.09.2017 по делу № А24-3354/2016.
⁷Сделки, представительство, исковая давность: постатейный комментарий к статьям 153–208 Гражданского кодекса Российской Федерации [Электронное издание. Редакция 1.0] / Отв. ред. А.Г. Карапетов. — М.: М-Логос, 2018. С. 949.
⁸Постановление АС Северо-Западного округа от 15.10.2020 по делу № А56-126272/2019.
⁹Постановление Девятого ААС от 10.04.2018 по делу № А40-83397/17.
¹⁰Постановление Западно-Сибирского округа от 28.05.2020 по делу № А70-1832/2016.